Территория, которую украинские и российские войска смогли занять в августе, стала самой небольшой с начала войны в Украине. Как сообщает «Агентство», это следует из анализа газеты The New York Times, основанного на данных Института по изучению войны (ISW).
У обеих сторон на этот год были большие планы: Россия хотела захватить оставшуюся часть Донбасса, а Украина пыталась разорвать так называемый сухопутный мост в Крым атакой на юге. Обе операции пошли не по плану, и линия фронта после месяцев изнурительных боев и тяжелых потерь практически не изменилась.
Если суммировать все достижения с начала 2023 года, Украина смогла получить контроль над примерно 370 кв. км территории, а Россия — 850 кв. км, подсчитала NYT. Таким образом российские войска смогли захватить примерно на 480 кв. км больше территории. Но это не очень значительное преимущество, отмечает газета: это меньше, чем территория Киева или Нью-Йорка.
Сейчас Россия контролирует около 18% территории Украины. При этом до 2022 года под российской оккупацией находились 7% украинских земель, а за 2022 год Москве удалось захватить дополнительно 10,9%. За 2023 год Россия оккупировала всего 0,08% территории Украины.
Любое продвижение в этом году сопровождалось тяжелыми боями. Обе стороны столкнулись с одинаковыми проблемами, они боролись за позиции, на которых противник месяцами и даже годами выстраивал оборонительные сооружения. При этом в боях активно были задействованы военнослужащие без большого опыта и достаточной подготовки.
Издание отмечает, что для Украины замедление контрнаступления связано с риском потерять часть поддержки Запада.
При этом для России удержание уже захваченных территорий без новых приобретений, похоже, стало комфортной стратегией, сказала газете научный сотрудник военных исследований в Королевском колледже Лондона Марина Мирон. «Вся стратегия [России] в Украине состоит в том, что россияне позволяют украинцам прорываться через свои линии обороны, чтобы убивать как можно больше людей и уничтожать как можно больше западной техники», — сказала она.
Учитывая, что численность российских сил на поле боя почти в три раза превосходит украинские, а в России живет больше людей, чем в Украине, Москва может и дальше рассматривать оборону оккупированных территорий как наиболее правильную стратегию.