2024 год ознаменовался одновременно усилением репрессий в отношении определенных категорий беларусского общества и волнами помилований, в ходе которых были освобождены 227 человек. «Белсат» вместе с активисткой Dissidentby Мариной Косинеровой подвел правозащитные итоги 2024-го, разобравшись в цифрах статистики о политзаключенных и репрессиях. Мы публикуем этот материал с незначительными сокращениями.
Сколько политзаключенных?
По данным правозащитного центра «Вясна», по состоянию на 28 декабря 2024 года в Беларуси признаны политзаключенными 1253 человека, из них 165 женщин.
Больше всего политзаключенных находится в гомельской женской колонии — 115 человек. На втором месте — колония № 15 в Могилеве: там содержатся 104 заключенных по политическим мотивам. Замыкает тройку «лидеров» колония № 1 в Новополоцке с 87 политзаключенными.
126 подозреваемых по «политическим» статьям содержатся в СИЗО, два — в РНПЦ психического здоровья в Новинках.
39 политзаключенных ждут на свободе начала отбывания наказания.
78 человек осуждены на «химию» с направлением в исправительные учреждения открытого типа.
По информации «Вясны», в Беларуси 2482 бывших политзаключенных. Всего в списке репрессированных вместе с нынешними и бывшими политзаключенными 6541 человек.
Dissidentby называет чуть бòльшую цифру политзаключенных в Беларуси — 1407. Из них 171 женщина, три несовершеннолетних ребенка. 24 человека были направлены на принудительное лечение. 1700 человек частично или полностью отбыли свои сроки.
Всего правозащитники Dissidentby зафиксировали 7301 факт уголовного политического преследования по состоянию на 27 декабря 2024 года.
Самые популярные статьи
Самая распространенная статья Уголовного кодекса за последние четыре года, согласно которой беларусские власти судят политических оппонентов, — это ч. 1 ст. 342 (Организация или участие в действиях, грубо нарушающих общественный порядок). По ней были заведены 3150 дел, подсчитал Dissidentby.
На втором месте — ст. 369 (Оскорбление представителя власти) и 1303 дела. Далее идет ч.1 ст. 368 — (Оскорбление Лукашенко) и 1003 дела.
По ч. 1 ст. 130 (Разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни) возбуждено 574 дела, 275 — по ст. 364 (Насилие или угроза применения насилия в отношении сотрудника внутренних дел), 228 — по ст. 370 (Надругательство над государственными символами), 184 — по ч. 1 ст. 361−4 (Содействие экстремистской деятельности), 177 — ч. 2 ст. 367 (Клевета в отношении Лукашенко), 172 — по ч. 1 ст. 293 (Массовые беспорядки), 158 — ч. 3 ст. 361 (Призывы к санкциям).
По ч. 1 ст. 130 (Разжигание вражды") возбуждено 574 дела, 275 — по ст. 364 (Насилие или угроза применения насилия в отношении сотрудника внутренних дел), 228 — по ст. 370 (Надругательство над государственными символами), 184 — по ч. 1 ст. 361−4 (Содействие экстремистской деятельности), 177 — согласно ч. 2 ст. 367 (Клевета в отношении Лукашенко), 172 — по ст. 293 (Массовые беспорядки), 158 — согласно ч. 3 ст. 361 (Призывы к санкциям).
Административных дел в базе Dissidentby — 39 726.
Насилие и инкоммуникадо
32% политзаключенных, опрошенных правозащитниками Dissidentby, жаловались на физическое насилие в колониях. 26% заявили, что их избивали в тюрьме, 25% сказали о избиениях в СИЗО, а 43% подверглись насилию в ИВС.
На психологическое насилие жаловались 98% заключенных в колониях, 85% — в тюрьмах, 58% — в СИЗО, 93% — в ИВС. 76% политзаключенных говорили о невозможности получить медицинскую помощь в колониях, 74% имели такие же проблемы в тюрьме, 64% в СИЗО, 86% в ИВС.
В режиме инкоммуникадо (полностью без связи с внешним миром) содержатся политзаключенные Николай Статкевич, Максим Знак, Игорь Лосик, Сергей Тихановский, Виктор Бабарико, Александр Францкевич, Андрей Новиков и Владимир Книга. После более чем 600 дней пребывания в режиме изоляции 12 ноября 2024 года Марии Колесниковой разрешили встретиться с отцом.
Сколько политзаключенных умерло в тюрьме?
С 2020 года Dissidentby зафиксировал 24 смерти политических заключенных. В 2024-м в тюрьмах умерли 4 политзаключенных:
• 50-летний Вадим Храсько. Отбыл в заключении 269 дней, был осужден за донаты. Отбывал наказание в ИК № 3 «Витьба». Имел ряд заболеваний, в тюрьме сильно болел. Официальной причиной смерти стала пневмония. Вадима доставили в больницу, когда его уже невозможно было спасти. Умер 9 января 2024 года.
• 63-летний Игорь Ледник. Пробыл в тюрьме 673 дня, находился в ИК № 2 в Бобруйске. Имел вторую группу инвалидности. Умер от остановки сердца в больнице 20 февраля 2024 года.
• 51-летний Александр Кулинич. Провел в тюрьме 40 дней, содержатся в СИЗО № 7 в Бресте. Ждал суда, который должен был состояться 16 апреля 2024 года. Однако за неделю до этого, 9 апреля, мужчина скончался от ишемической болезни сердца.
• 22-летний Дмитрий Шлетгауэр. Провел в тюрьме 248 дней, находился в СИЗО № 7 в Бресте. Дмитрия отправили отбывать срок в ИК № 15, но менее чем через месяц после этапа, 11 октября, его нашли мертвым.
Борьба с солидарностью
Нынешний «тренд» в репрессиях, по словам правозащитницы Dissidentby Марины Косинеровой, — стремление властей и силовиков задушить беларусскую солидарность с политзаключенными.
Первым проявлением этой тенденции стал рейд по родственникам политзаключенных 23−24 января 2024 года. Тогда за получение помощи, преимущественно в виде продуктов питания, под преследование попали почти 300 человек. Их заставили заплатить 218 тысяч рублей компенсации и 53 тысячи рублей штрафов.
— Это то, о чем нам известно, — подчеркивает Марина Косинерова.
Очередные подобные рейды состоялись в конце октября — начале ноября и в декабре текущего года.
— В первом квартале 2024 года под уголовное преследование попали люди, которые из собственных денег помогали политзаключенным, в том числе пенсионеры. Их обвинили в содействии «экстремистской» деятельности, что они якобы подрывают национальную безопасность Республики Беларусь, и отправили за решетку на 3−3,5 года. Силовики ищут пути передачи помощи в Беларусь и не могут себе представить, что люди могут помогать от себя, а не из денег из-за границы. Этот год стал массовой атакой на солидарность, — говорит правозащитница.
