Журналистка Ирина Славникова и ее муж Александр Лойко, которые должны были выйти на свободу 14 ноября, получили по 15 суток. Их дела рассматривал тот же судья — Максим Трусевич. Об этом сообщает лишенный регистрации ПЦ «Весна».
Согласно составленному в Первомайском РУВД протоколу, пару обвинили в «мелком хулиганстве».
Первым судили Александра. Выступавший в суде свидетелем милиционер заявил, что Лойко на территории РУВД «вел себя агрессивно, громко кричал, нецензурно ругался, а на замечания не реагировал». При этом он даже не смог описать, во что был одет Александр.
Ирина в суде рассказала, что 13 ноября их с мужем уже собирались выпускать, даже отдали вещи, справку об отбытии наказания и документы. Однако появились сотрудники Первомайского РУВД и составили новый протокол.
В суде над Ириной свидетельствовал также милиционер. По его словам, журналистка начала себя вести агрессивно, когда увидела, что на ее мужа составляют новый протокол. Во что она была одета, «свидетель» не помнит, он также заявил, что ее рост 170 см, когда на самом деле — не выше 162 см.
Судью Трусевича такие нестыковки не смутили: и в первом, и во втором случае он принял решение оставить супругов по арестом еще на 15 суток.
Суды проходили по скайпу. Ирина успела сообщить, что письма и телеграммы ей не передают, она также рассказала, что в камере вши из-за того, что к ним подселяют бездомных. Из передач она получила только лекарства.
Напомним, Ирину Славникову и Александра Лойко задержали в минском аэропорту — пара возвращалась из отпуска. Они получили по 15 суток административного ареста за «распространение экстремистских материалов». В ночь субботы на воскресенье
они должны были выйти на свободу, однако близкие и друзья их не дождались. Как выяснилось, на супругов составили новые протоколы, теперь по статье о мелком хулиганстве.
Статья 1 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания: определение «пытка» означает любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него или от третьего лица сведения или признания, наказать его за действие, которое совершило оно или третье лицо или в совершении которого оно подозревается, а также запугать или принудить его или третье лицо, или по любой причине, основанной на дискриминации любого характера, когда такая боль или страдание причиняются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия.